| |
* * *
Всё дал и отнял. Сколько жизни
Во мне сгорит не для тебя...
Знай, и у двери преисподней
— Не отрекаются любя.
Не отдают в чужие руки,
Чтоб не оплакивать скорбя,
Чтоб все свиданья — не разлуки
— Не отрекаются любя.
Оставив боль душевной раны
Зачем оправдывать себя?
Я, чтоб сказать, из мертвых встану
— Не отрекаются любя.
От дикой ласки пьян и молод.
Душа вливается в тебя,
Как жар на леденящий холод
Всё возвращается любя.
* * * |
|
* * *
А любовь такою горечью опоила допьяна.
Губы спекшиеся. Помощи всё просила дотемна.
Но как только ночь кудесница расступилась — даль видна...
Стала девица прелестница не сестра и не жена.
Кем отмечена, не венчана, встала савана белей:
Был хозяин ласков вечером — нынче снега холодней.
Вниз глядит, кладет серебряник. Поцелуй сорвал и прочь.
Пред женою взгляд растерянный. Прячет, да терпеть невмочь.
К воротам сбежал, терял ли что? К ней ... на сене сарафан!
Хмель медвяный, не любовь ли то? Скрой их грешников туман...
* * * |
